Введите текст для поиска
18+

ЯДЕРНАЯ УГРОЗА

Визит президента Франции Эммануэля Макрона в Москву перед его поездкой в Киев, безусловно, указывает на то, что Европа осознала главное - Россия не пойдет на попятную ни в вопросах стратегической безопасности, ни в украинском конфликте, ни в области освоения Африканского континента. Почему Париж этим больше всего озабочен, объяснил колумнист «ПолитЭксперта» Владимир Ераносян.

На совместной пресс-конференции Владимира Путина и Эммануэля Макрона журналисты акцентировали внимание не только на возможной эскалации в Донбассе. Здесь президент России заверил, что войны Россия не хочет. И даже готова предоставить политическое убежище бывшему лидеру Украины Петру Порошенко - сенсационное заявление.

Но французских журналистов мало интересовала судьба Украины. Самой насущной темой для них предсказуемо стала Африка. Пятая республика считает Мали своей неоколониальной вотчиной и озабочена присутствием там частных компаний РФ. Путин, отвечая на вопросы, подчеркнул, что правительство суверенной страны не высказывает к ним никаких претензий. Более того, даже благодарит. А Россия как государство не имеет к этому отношения.

Но французы так или иначе всегда имеют свой интерес. Он стоит на трех ключевых столпах. Первый: их компания «Тоталь» должна иметь преференции в странах, где добывается нефть и газ. В Арктике тоже. Второе - французские истребители «Дассо Рафаль» должны выигрывать конкурентную борьбу у американских F-35. Третье - в Африке Париж должен быть исключительно главным.

Насчет экономики Путин заверил, что в России работают 600 французских компаний, и все они могут быть спокойны за свои вложения. Накопленный объем инвестиций составляет более 22 млрд евро.

Против истребителей «Дассо Рафаль» Москва ничего против не имеет: у России есть более продвинутые воздушные аппараты, включая многофункциональный истребитель пятого поколения Су-57 (согласно кодификации НАТО: Felon - «Преступник»). С Африкой тема особая. О ней чуть подробнее.

В конце 2021 года глава европейской дипломатии Жозеп Боррель заявил о недопустимости работы России в Африке. Глава МИД РФ Сергей Лавров в ответ предложил Евросоюзу синхронизировать действия в борьбе с терроризмом. Не только в Мали, но и «во всем Сахаро-Сахельском регионе».

Утверждение Борреля о том, что Центральная Африка - «их дело», не стыкуется с реальной ситуацией там, где традиционно верховодил Париж. Решить проблему исламского терроризма Франция не смогла. Пришло запоздалое понимание, что без привлечения в антиисламистскую коалицию сторонних сил справиться не получится. Немцы не в счет: они вообще не понимают, что делают в Сахеле. Но когда Франция решила переформатировать свое военное присутствие в регионе, она и помыслить не могла, что официальные власти Мали настолько заинтересуются в партнерстве с Россией. Как только речь зашла о российском ЧВК, французы запаниковали, что их вообще могут вытеснить.

Расклад простой. Африканские лидеры не верят французским военным. Хотя бы из-за того, что те все время топчутся на месте, а вернее - поближе к горнодобывающим площадкам и аэродромам: Республика Мали богата золотом и ураном.

Цели свои французы с законным правительством не согласуют, считая туземцев людьми не первого сорта. Обтекаемые формулировки военных интервентов не стыкуются с вопросами реальной безопасности. Даже удерживать власть, опираясь на французов, у руководства Мали не получится.

Сильная власть в странах Сахеля Париж не устраивает: того и глядишь оказавшиеся в безопасности африканцы захотят контролировать концессии и залежи ископаемых, потребуют прибыль, отберут лицензии и выдворят восвояси. Чем слабее руководство Бамако, тем выгоднее французам.

Читайте по теме: Посла Франции выслали из Мали из-за враждебной позиции Парижа

Что до залежей урановой руды, там французским дельцам от атомной энергетики конкурент не нужен. Русские, по их мнению, могут стать эффективными посредниками в переговорном процессе центральных властей с туарегами, что приведет к перемирию.

Нужен ли Парижу мир в Мали и покой в соседнем Нигере, где военные помогают добывать урановую руду французским компаниям? Вопрос риторический.

А вот местным жителям мир нужен как воздух, и в последнее время они обращают свои взоры к России в надежде на помощь. Во всяком случае, русские имеют в Африке репутацию надежных партнеров, способных думать не только о наживе.

Кремль пока не транслирует свою заинтересованность в урегулировании гражданского конфликта в Мали. Но когда идет большая игра на большом континенте, официальные заявления не всегда носят прямой характер.

Как и все мировое сообщество, Россия руководствуется вопросами ядерной безопасности, нераспространения атомного оружия. Этот аспект особенно важен с учетом того, что сепаратисты Мали связаны с террористами из «Аль-Каиды»✱* (запрещена в РФ).

Можно ли допустить, чтобы под контролем исламистских организаций оказались урановые месторождения? Очевидно, что нет. А это уже не только французская озабоченность, а проблема международного уровня.

Тот факт, что источники сырья, добываемого в соседнем Нигере, имеют для атомной энергетики Франции стратегическое значение, Россию вряд ли волнует. Больше Москву интересуют боевые сводки из районов, которые находятся в непосредственной близости от урановых копей.

  • ✱ - запрещенная в РФ террористическая организация