18+

Бывшая узница Освенцима осудила попытки исказить правду о борьбе с нацизмом

Бывшая узница Освенцима осудила попытки исказить правду о борьбе с нацизмом
Фото: ПолитЭксперт – Евгений Зайцев
592
0

Страх поднять голову, заболеть, умереть от голода; смерть детей, заучивание немецких песен и порядковый номер на руке, оставшийся на всю жизнь. Шестилетняя Рива Мацияускас провела в концлагере Аушвиц больше года и была спасена Красной армией. О том, что ей пришлось пережить и как она относится к попыткам перечеркнуть подвиг советских солдат, бывшая узница рассказала на открытии Музея памяти жертв нацизма.

Рива Мацияускас родилась в Ленинграде и до трех лет жила на Дровяной улице. Родители – этнические поляки. Отец Рафаил работал на Дороге жизни. Из детства Рива запомнила лишь, как в 1940-м вместе с семьей сфотографировалась в Екатерининском саду. В декабре 42-го бабушка увезла ее на лето в Белоруссию. По воле судьбы там им пришлось пережить два года в немецкой оккупации.

«Постепенно стали пропадать продукты, живность. Немцы все забирали. Когда в деревне ничего не осталось, дома стали сжигать. Многие прятались в лесу. Мы тоже. Но нас поймали, погрузили в поезда и отправили в лагерь в белорусском вагоне», – вспоминает бывшая узница.

Дорогу Рива Рафаиловна вспоминает с ужасом: ни стоять, ни сидеть толком было нельзя, о том, чтобы лечь, никто и не думал. Есть было нечего, и когда на стоянках открывали двери, многие падали замертво.

Бывшая узница Освенцима осудила попытки исказить правду о борьбе с нацизмом

Фото: «ПолитЭксперт» – Евгений Зайцев 

Порядковый номер

В декабре 1943 года узников привезли в Освенцим. Риве было шесть с половиной лет.

«Сначала всем сказали раздеться, снять все драгоценности, положить на стол. Проверили – не дай бог кто-то что-то оставил. Потом мы узнали, что наш вагон перепутали с вагоном евреев. Собирались отправить в газовую камеру, но, слава богу, не успели», – вспоминает женщина.

После душа узникам стали накалывать номера. Делали это фрау с помощью ручки с пипеткой. Порядковый номер маленькой Ривы – 70 013. Его она потом ежедневно показывала на плацу. Сейчас номер расплылся. Сводить его полностью после освобождения женщина не решилась:

«Эта наколка мне в общем-то не мешала. Если кто-то спрашивал, говорила, что это номер полевой почты моего друга. Был порыв свести. Но мне сказали, что останется шрам. Ну зачем же мне снова переживать боль? Ни лучше, ни хуже от этого я не стану».

Бывшая узница Освенцима осудила попытки исказить правду о борьбе с нацизмом

Фото: «ПолитЭксперт» – Евгений Зайцев 

Никогда не поднимать головы

В Освенцим Рива попала вместе с двоюродной бабушкой Михалиной, лишившейся на войне двоих сыновей. С мамой девочка не виделась 8 лет.

На вопрос, что делали в лагере, вспоминает, как стояли на перекличках – ноги в снегу или в слякоти и острый страх заболеть:

«За этим там очень следили. Не дай бог у кого-то что-то – его уже не было».

Спали на том, что было при себе по приезду. Залеживаться не разрешали. Взрослые ходили на работу, а дети бродили у бараков – собирали прутики, ниточки, пели в надежде, что кто-нибудь подаст кусок хлеба.

«Учили нас зачем-то петь «O Tannenbaum» («О, ёлочка», – пер. с нем. Рождественский немецкий гимн. – Прим. ПЭ). Обеды – запах этот ужасный до сих пор вспоминаю! А еще заставляли никогда не поднимать головы. От этого мне всегда казалось, что в бараках нет окон. И только когда я снова приехала туда в 95-м, увидела узкие щели у потолка», – рассказала бывшая узница.

Бывшая узница Освенцима осудила попытки исказить правду о борьбе с нацизмом

Фото: «ПолитЭксперт» – Евгений Зайцев 

Дорога домой

В Аушвице маленькая Рива пробыла почти 14 месяцев. В январе узников освободила Красная армия. Самыми яркими стали воспоминания о том, как умирали дети. А еще – дорога домой в теплом и мягком вагоне:

«Вдруг исчезли все, и мы остались одни, человек 15-20 детей разного возраста. Кто-то говорил, что нас хотели отравить, но не успели – не знаю. Мы вышли из лагеря, идем по улице деревенской. Потом нас встретили, угостили шоколадом, выдали одежду – трусики, маечку. До этого у девочек был только сарафан, жилетка и платок. И отправили в Киев. Ехали мы в санитарном поезде, в мягком вагоне. Когда привезли в детский дом №13, мне уже было почти 8 лет. Как я осталась жива, не знаю».

Свое спасение Рива Рафаиловна называет чудом. Отчасти уберегла смена имени: документов тогда при себе не имели, и в лагере ее стали называть Ритой. Бабушка Михалина тоже выжила. Ее репатриировали в 1943 году. Когда выдали документы, приписали 25 лишних лет – так она выглядела спустя год в лагере смерти.

Бывшая узница Освенцима осудила попытки исказить правду о борьбе с нацизмом

Фото: «ПолитЭксперт» – Евгений Зайцев 

Сложно уберечь от повторения ошибок

На вопрос, как бывшая узница относится к тому, что в некоторых странах пытаются исказить историю и нивелировать заслуги Советской армии в борьбе с нацизмом, Рива Рафаиловна ответила: «Да я в ужасе!». Объяснить все пережитое в то время новым поколениям, по ее словам, очень трудно:

«Для них война 41 года уже далека. Кто-то проявляет заинтересованность, слушает, затихая. Но встречаются и те, кто говорит: ну и что, ну и подумаешь! Некоторые подростки даже смеются на словах о пролитой крови. Я этого понять не могу. И не знаю, что сказать, чтобы убедить их не повторять ошибок прошлого. Но мы всегда общаемся с детьми в школах, рассказываем, водим в музеи. Я всегда прошу их сделать так, чтобы мир стал лучше».

Свою историю Рива Рафаиловна рассказала по случаю открытия в Петербурге Музея памяти жертв нацизма, который примет первых посетителей 29 февраля. Экспозиция включает в себя уникальные фотографии, вещи и воспоминания бывших узников концлагерей, а также свидетельства нечеловеческих зверств фашистов.

Хотите больше новостей по теме? Кликайте и подписывайтесь на наше издание в Яндексе.

Автор: Аврора Зорина

Комментарии
ПолитЭксперт